Чернобыльская программа заслуживает внимания со стороны международных организаций и отдельных государств не только в дни юбилейных дат. Беларусь неоднократно подчеркивала на международных саммитах необходимость объективной, неконъюнктурной оценки и конкретной помощи, а не "сэкендхэндовой" видимости.
Так охарактеризовал нынешнее участие международных научных кругов в выработке концепции по дальнейшей минимизации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС председатель президиума НАН Беларуси Михаил Мясникович, выступая в Гомеле, где проходит второй день работы международной конференции "Чернобыль 20 лет спустя. Стратегия восстановления и устойчивого развития пострадавших регионов".
Михаил Мясникович отметил, что непосредственно после Чернобыльской катастрофы представители ряда международных организаций активно сотрудничали с белорусскими учеными: выполнялись совместные проекты, выделялись гранты, осуществлялись гуманитарные поставки научного оборудования в Беларусь.
В настоящее время этого нет. В качестве исключения можно было бы назвать совместные программы в рамках Союзного государства Беларуси и России. Однако эти программы, по мнению руководителя Национальной академии наук, не стали определяющими в ликвидации последствий аварии. Более того, союзная чернобыльская программа завершилась в прошлом году. Поэтому необходимо срочно готовить новую программу, и об этом уже шла речь в марте на заседании Союзного правительства.
Михаил Мясникович с сожалением констатировал, что основная нагрузка в лечении, отселении, оздоровлении, создании надлежащих условий для труда и жизни населения на пострадавших территориях пришлась в прошлые годы на Беларусь и продолжает оставаться проблемой национальной экономики.
Существует ли то центральное ядро, при обретении самосознания которым и произойдет достаточная консолидация общества?
Из исследований последних десяти лет видно, что такое центральное ядро существует. Можно создать следующий образ этой части общества. Она не сосредоточена в определенном социальном слое или поколении, но обладает общими культурными основаниями (языком, набором понятий и типом мышления). Она не принимает мессианского пафоса и классовой фразеологии марксизма, но ценит его методологический подход и логику рассуждений. Она уже не верит в либеральную утопию, отвергает сословное деление общества, но не тяготеет и к классовому устройству с присущим ему глубоким социальным расслоением.
Эта часть общества высоко оценивает советский социальный порядок, однако не верит в возможность реставрации советского строя. Она не впала в западническую утопию, но не является "антизападной" и равнодушна к державной российской риторике. Ее патриотизм избегает экзальтации, а чрезмерная патриотическая патетика и власти, и оппозиции вызывает чувство неудобства.
Версия для печати
